Отравление виной

В психотерапии есть глобальные вопросы. Один из них – преодоление невротического чувства вины. Кажется, отыщешь его, преодолеешь – и больше ничего не нужно. Так ли это? С проблемой гнетущего чувства вины пришла ко мне на консультацию Елена.

Елена: Мы поженились молодыми, по любви, и дети родились, которых мы с мужем, бабушками и дедушками обожали. Все у нас складывалось хорошо, пока меня не назначили начальником отдела. Нет, я никогда не стремилась делать карьеру, семья у меня всегда была на первом месте. Но коллеги и начальство, как оказалось, ценили во мне деловые качества. Меня повышали в должности год от года, увеличивая зарплату. А муж, вместо того чтобы порадоваться, стал относиться ко мне плохо. К сожалению, у него не все складывалось хорошо на службе, и он срывал свое недовольство на мне. Упрекал, что я зарабатываю больше, чем он, даже оскорблял. Говорил, что друзья насмехаются над ним.

Его родители тоже изменили ко мне отношение, не раз заявляли, что «жена не должна взлетать выше мужа». Я все терпела, полагая, что они поймут меня и уважение вернется. Но становилось все хуже. И однажды он заявил, что уходит к другой женщине, которая, по его словам, будет «мужу в рот смотреть». Все считали меня виновной в распаде семьи. Помогите понять – в чем же моя вина и есть ли она?

Игорь Юров: Если непременно искать вину, то вы «виноваты» прежде всего перед собой. Виноваты за то, что другие ценят вас больше, чем вы сами себя. «Виноваты» в том, что, будучи способной одновременно и жить ради семьи, и делать карьеру, вы постоянно носили груз «комплекса неполноценности». Будучи сильной, позволили слабому, но высокомерному мужчине издеваться над собой, хотя заслужили лишь благодарность и восхищение.

Е.: Это приятно слышать, ну, а если серьезно?

И. Ю.: Давайте разберемся, в чем вы действительно могли допустить ошибки. Может быть, в том, что не оставили мужа первой? И дали возможность воспитывать детей мужчине, который помимо того, что сам ни на что не способен, еще и обвиняет в этом другого, как в популярном афоризме: «Самый простой способ очиститься – втоптать в грязь другого».

Е.: Да, он часто так делает, причем не только по отношению ко мне, но и к другим людям.

И. Ю.: Свою инфантильную психологию он, как инфекцию, возможно, успел передать детям, так что вам теперь придется следить за тем, чтобы в один «прекрасный момент» они не начали измерять достоинство человека не чистотой его чувств и интеллектуальными способностями, а половой принадлежностью.

Е.: Это не успокаивает, скорее наоборот…

И. Ю.: Психотерапия не всегда избавляет от страданий, но восстанавливает контакт с реальностью. Вы прожили жизнь с мужчиной, который «ценит» женщину только как подчиненное себе «существо» и начинает ее ненавидеть, если не чувствует свое превосходство. Женщина для него – лишь средство «проявить» ту мужественность, которая, по сути, отсутствует.

Женщина должна быть слабой для контраста. Или, извините, как в практике собаководства: собака не может быть умнее своего хозяина – ценится лишь ручной пес. В противном случае от него нужно избавляться, чтобы его независимое поведение не указывало на слабость дрессировщика.

Е.: Да, он так и сказал, что его вторая, на этот раз идеальная, жена будет «смотреть в рот мужу». Но он по-своему страдал…

И. Ю.: В том-то и дело, что страдал «по-своему». Потому что способен воспринимать отношения только в рамках «подчинения-превосходства» – когда один находится в роли «господина», а другой – «раба». Такие отношения называют садомазохистическими. Причем «кто есть кто» – для него определено очень четко. Он даже готов быть «добрым и снисходительным господином», только бы им быть. Но если хоть что-то указывает на то, что «господин» кто-то другой, то подсознание ему мгновенно сигнализирует: «Тогда ты – ничтожный раб!» И среднего не дано.

Е.: Он не склонен различать полутона.

И. Ю.: Это особенность такого рода личностей – всегда «или-или» – или «раб», или «господин». Попробуйте с таким человеком обсудить этот вопрос, и он придет в замешательство – не поймет, что вы от него хотите. Он просто не воспринимает принципа равенства. Таких людей довольно много, и не только среди мужчин. Многие женщины способны быть или «секс-рабынями», или «стервами». Они выбирают стратегию предельного заискивания и подчинения либо крайней спесивости и доминирования. Спектр промежуточных «поведенческих стратегий» им недоступен.

Е.: Это очевидно, но я чувствую себя виноватой.

И. Ю.: Вы никогда не слышали выражение – «Если не можешь сделать человека рабом, просто вызови у него чувство вины»? Неужели вы не видите, что отдали «руку и сердце» ничтожному тирану, которому удавалось скрывать свою сущность до тех пор, пока ваши успехи в карьере не уличили его в ничтожестве?

Е.: Но его родители… Почему они изменили отношение ко мне?

И. Ю.: Раньше они в вас души не чаяли, понимая, что вряд ли кто-то еще сможет вытерпеть все придирки их сына. Вот только, чего и следовало ожидать, сын не смог оценить этого по достоинству.

Е.: Зато смог обвинить? Во всем такая полярность… Выходит, что его мышление, поведение, чувства основаны только на контрасте? Такое возможно?!

И. Ю.: Вспомните – просто в еде, в сексе бывало что-то настоящее? Или ваш муж всегда только изображал наслаждение или отвращение?

Е.: Не припомню, чтобы он сбрасывал маску господина. Теперь мне кажется, что он считал себя богом и царем: «Соблаговолю – не обвиню, а не соблаговолю – обвиню. При этом соблаговолю – если ты ничтожество, а если что-то из себя представляешь – тебя ждет лишь унижение. И ты будешь чувствовать вину и будешь от этого страдать». Мужа уже нет рядом, а я все усиливаю чувство вины, боясь, что он или кто-то вдруг снова «не соблаговолит».

И. Ю.: Вы поняли! Ну, так что вы должны делать – искать, в чем вы виноваты?

Е.: Я должна была давно сказать ему: «Я не нахожу в своих успехах ничего плохого. Принимай это как данное, а если не можешь, то уходи искать ту, которая будет “смотреть тебе в рот”. Возможно, тогда я встречу того, кто будет меня любить и мной восхищаться. Мужчина мне нужен для любви, эмоциональной поддержки, творчества».

Теперь я могу сказать – только я знаю, как мне жить. Мы с мужем совершенно разные люди. Он, как и каждый человек, волен выбирать свой путь, и я не буду ему навязываться.

И. Ю.: Вы сказали: «Я сама знаю, как мне жить». А мне, прямо сейчас, можете сказать то же самое?

Е.: Кажется, могу… (Смеемся вместе – прим. И. Ю.) А это нужно?

И. Ю.: Необходимо! Тогда я буду за вас спокоен. А теперь небольшое домашнее задание: учитесь отделять чувство вины от чувства ответственности. Всегда, непреложно, в каждом действии и в каждой мысли. Чувство вины, как отравляющий душу яд, нужно уметь замечать при малейшем его появлении. И каждый раз, говоря словами классика, «выдавливать из себя по капле» до… полного освобождения! Чувство ответственности – наоборот – всячески поощрять, укреплять и развивать, как бы трудно это ни было. Вина – это инфантильное, калечащее, лишающее жизненных сил переживание; ответственность – сильная, зрелая, освобождающая от невротических пут позиция. Учитесь всегда четко отличать одно от другого.

Автор: Игорь Юров

Оставить комментарий

Вы должны войти для комментирования.