«Сарафанное радио» в организации. Все «за» и «против».

Чем отличается факт от интерпретации? Если говорить языком фактов, то, когда мы описываем дом голубого цвета, фактом будет «строение из пяти этажей, голубое с фасада». Потому что, если мы не обошли его кругом, мы не знаем, какой он с другой стороны. Факты — это когда мы стараемся как можно меньше додумывать и называем исключительно то, что видим.

Если же мы говорим на языке интерпретации, то мы можем наделять факт любым значением. Например, дом голубой — значит, недавно покрашен, значит, администрация «отмывает» деньги. Или это означает, что он явно блочный, потому что кирпичные дома не красят в разные цвета. А может, вообще деревянный оштукатуренный, то есть какое-то старье, которое пытаются выдать за новое, чтобы подороже продать. Все это — интерпретации под разным углом зрения.
…Машенька несколько раз за неделю отпрашивается к врачу с таинственным видом. В курилке две ее сослуживицы многозначительно переглядываются: может, она в декрет собирается? Если вы уже давно приглядываетесь к Машенькиному месту, вас эта новость очень радует, вы начинаете наблюдать за девушкой с удвоенным вниманием и ловить многообещающие знаки. Ага, она вполголоса обсуждает с кем-то анализ крови. И краситься вроде бы стала меньше, а потом и вовсе исчезает на неделю. Вы начинаете заранее радоваться, а в курилке Машенькина беременность становится очевидным фактом. Однако потом она возвращается и уже никуда не девается ни на следующий месяц, ни через месяц. И живот у нее никак не растет, а наоборот, она выглядеть стала гораздо лучше. Потом она признается, что отлучалась на модную и дорогостоящую косметическую процедуру, и из этого вы делаете печальный вывод. Что никаких детей она пока не планирует, а наоборот, настроена на карьеру. Вы расстроитесь, правда? Потому что согласно формуле эмоций эмоция равняется факт минус ожидания по этому поводу. Если на основании информации, полученной в курилке, вы уже построили себе ожидания, то ничего хорошего вас не ждет.
Дело в том, что вы опирались в принятии решений на то, что в логике носит название «слабая посылка». Здание оказалось «голубое с нашей стороны». Информация обладает свойством при передаче трансформироваться. Она либо обобщается, либо пропускаются какие-то детали, но в любом случае искажается. А способы домысливать у каждого самые разные.

 

Классический тип — Шурочка из «Служебного романа». «Ля-ля-ля, жу-жу-жу, по секрету всему свету, что случилось, расскажу». Бывают такие люди, которые созданы для общения, у нас в школе была такая Настенька. Когда она в 10-м классе проходила профориентационное тестирование, оно показало, что ей надо работать в сфере «человек — человек». И действительно, общение доставляет ей огромное удовольствие. Когда она находится в центре внимания, она абсолютно счастлива. Проблема в том, что никакими другими талантами Настеньку либо Бог не наградил, либо она их у себя не обнаружила. По маминым стопам она окончила техникум и работает себе бухгалтером. А куда же девать ту самую потребность «человек — человек»? А как же желание быть в центре внимания? Попав на работу в министерство, она обнаружила, что там работает очень много людей. И все они периодически собираются или в курилках на разных этажах, или в столовой. Здравствуй, целевая аудитория!
Когда ее подружка вернулась из Таиланда, Настенька между делом спросила в курилке: «А кто был в Таиланде? Ну и как там?» И вот уж по всему офису прошла информация, что Настенька собирается в Таиланд. Ей все рассказывают об этой стране, она чувствует себя в центре внимания и счастлива. Никуда она, конечно, не поехала, и все об этом быстро забыли.
Потом она потусовалась в столовой, постояла с подносом рядом с двумя «топами» из отдела маркетинга, которые обсуждали корпоративное мероприятие за границей, в которое компания собиралась вложить много денег. И вот уже Настенька стоит в курилке этажом ниже с сотрудниками и говорит: «А я слышала, что они собираются на Карибы партнеров вывозить. А нам премию не дают. Представляете?»
Главное, что информация зацепила, кто источник — могут забыть, но уже пошла волна, что начальство собирается куда-то выезжать. Неважно, что мероприятие планировалось для внешних партнеров в ранге чуть ли не министров и коллектив вообще не имел к этому отношения. Через некоторое время Настенька становится основным информационным центром, и народ начинает говорить: «Надо у Настеньки спросить, если кто и знает, то она!» Часто таким центром оказываются секретари, которые в курсе всех политических дел, и плохие секретари, как желтая пресса, начинают передавать информацию направо и налево. «А у Михалыча-то жена новую шубу себе купила! Приходила вчера!» А то, что его жена, может, в Газпроме работает и получает в три раза больше Михалыча, никого не интересует.

Цитита: «Аристотель наказал Александру Македонскому: — Свои секреты никогда не сообщай двоим. Ибо, если тайна будет разглашена, ты не сможешь потом установить, по чьей вине это произошло. Если ты накажешь обоих, то нанесешь обиду тому, кто умел хранить секрет. Если же простишь обоих — снова оскорбишь невиновного, ибо он не нуждается в твоем прощении.»

 

Обычно такие «настеньки» или «шурочки» — не реализовавшиеся в жизни люди, у которых большая потребность в общении и, соответственно, желание быть в центре внимания. Поэтому, когда вы слышите такую информацию, подумайте о том, что у человека, который ее предоставляет, возможно, есть некие свои цели. И если вы собираетесь ее подхватить и распространять дальше, задайте себе вопрос: зачем он вам об этом говорит? А второе: вам-то это зачем? Может, вместо того чтобы поддерживать информационный канал, вы просто скажете, как в фильме: «Шурочка, вы где работаете?» — «В бухгалтерии!» — «Ну и идите в… бухгалтерию!»
Другое дело, когда сплетни и слухи специально берутся в качестве орудия. В коллективе есть люди, которые делают это намеренно, желая сместить руководителя и перед приходом нового — с целью повысить пошатнувшийся авторитет — упрочить положение или «уронить» репутацию и статус конкурента.
Управление общественным мнением — штука достаточно серьезная. Этим профессионально занимаются идеологи, пиарщики, рекламщики. Но даже если в обозримом пространстве вокруг вас нет ни одного профессионала, вовсе не значит, что местным общественным мнением никто не управляет. В каждом коллективе всегда находятся люди, которые прекрасно, отнюдь не любительски владеют этими инструментами, потому что в оперировании информацией заключена мощная власть. Они не упустят возможности взять ее в свои руки с помощью народных средств. Нет, они не будут печатать листовки, они действуют с помощью обычных слухов и сплетен, того самого метода, который доступен любой бабушке на скамейке у подъезда.
…Михаил Михайлович был в совете учредителей предприятия и одновременно его директором. Но его директорство оказалось неэффективным, его сместили, оставили просто консультантом, а на его место пришел новый человек. Тот стал разбираться, находить какие-то промахи и неувязки, к тому же привел с собой новую команду и по отношению к старой стал вести себя, как «новая метла». Какие есть инструменты воздействия у бывшего директора? Формально — никаких! У него даже никого в подчинении нет, ему просто, как консультанту, дают на визирование бумаги, плюс он отвечает за тех партнеров, которые пришли через его личные связи. И все! За это ему платят очень нехилую зарплату, но рычагов управления у него нет. А он привык!
Естественно, сам факт смены руководства очерняет его имя: это означает, что он плохо руководил, наделал ошибок. Тогда Михаил Михайлович берет в руки «неформальные» рычаги, а именно общественное мнение, и начинает распространять нужную ему информацию по каналам сплетников. Всегда есть люди, которые торчат в курилке и любят досужие, не относящиеся к прямым обязанностям разговоры. В любой организации есть свои конспирологи и доморощенные детективы-аналитики, которые гордятся своим умением делать выводы из вроде бы ничем не примечательных фактов.
Но «агенты влияния» могут быть и совсем другими сотрудниками, просто очень говорливыми и интересующимися тем, что происходит вокруг. Которым даже не надо ничего специально говорить, достаточно показать краешек документа, и их воображение немедленно включится.
И вот Михаил Михайлович якобы совершенно случайно — а на самом деле очень осознанно — проговаривается по мобильному телефону в присутствии такого вот «агента влияния». Допустим, в лифте. Глядя в стену перед собой и разговаривая якобы с кем-то из учредителей, он замечает вполголоса: «Петров звонил из министерства, предупредил по старой дружбе, что уже принято решение об отзыве лицензии. Информация пока абсолютно закрытая. Так что я вынимаю отсюда свои деньги, потому что, думаю, через полгода все это будет расформировано. Есть наивные люди, которые в это вкладываются, но на самом деле надо развивать то направление, о котором мы с вами говорили…» Потом он якобы случайно замечает, что в лифте кроме него еще кто-то есть, и делает круглые глаза: «Ой, извини, не могу сейчас говорить, потом перезвоню!»
Этого достаточно, чтобы псевдослучайный свидетель пришел к начальнику и прямо спросил: «Это правда, что нас расформировывают?» — «Кто вам сказал? Что за глупости? Вот стратегия развития на пять лет!» — горячится начальник, ничего не понимая. И вроде бы нет оснований ему не верить, но мандраж уже поселился, «осадочек остался», и успокоить их уже очень сложно. Потому что у них есть один аргумент: «Он нам какую-то стратегию показывает, это все показуха, а я своими ушами слышал самую свежую новость!» С кем Михаил Михайлович разговаривал по телефону? И был ли на том конце вообще хоть какой-нибудь собеседник? Неважно!

Запускайте свой «АНТИВИРУС»!

Сплетники могут запустить мыслительный «вирус», похожий на компьютерного «червя». Устроен он аналогично: у него есть головка, которая, собственно, и проникает в организм компьютера и в ваше сознание, и хвост, который тащится следом и путает программы. В качестве «головки» слуха запускается то, что действительно является правдой, фактом. Например, к директору пришел человек в форме. Это может означать что угодно! Это может быть однокашник, сосед по даче, которому от вашего директора, если вы работаете в строительной организации, нужно пять кубометров досок. Но человек придает этому факту интерпретацию в зависимости от своих ассоциаций (в самом деле первая ассоциация с полицейской формой — криминал) либо от своих внутренних установок. Если у него самого «рыльце в пушку», вид человека в погонах в приемной вызовет у него реакцию: за директором пришли, всем быстро уничтожать данные!
По этому принципу и строятся все слухи. Если наш конкурент выпустил новый продукт (а это факт, он действительно выпустил новый продукт), значит… дальше подставьте от себя:

а) произойдет подорожание;

б) начнут трясти маркетинговый отдел: «Куда вы смотрели?»;

в) директор устроит скандал, что мы плохо работаем; г) директор срочно организует новый тренинг;

д) всех лишат 10% зарплаты, потому что компании срочно нужны деньги.

Продолжение может быть любое! Но если оно будет в связи с чем-то реально значимым, оно сойдет за правду. Презумпции невиновности здесь не существует. Произошла утечка информации, а замдиректора в это время отсутствовал, пусть докажет, что он не встречался с конкурентами!
Человек, который добросовестно выполняет свои обязанности, может стать пешкой в руках таких манипуляторов. Поэтому стоит определиться, какую сторону вы поддерживаете и какова ваша цель пребывания в этом коллективе. Не все так просто, ведь в «мутной водичке» можно легко сделать карьеру, например. Но если вы хотите честно работать и получать удовольствие от отношений, тогда попробуйте занять позицию детектива, который с удовольствием собирает информацию, но не спешит ее толковать. Попробуйте отделять тело вируса от его головки, отличать, что здесь правда, а что — только интерпретация в чьих-то корыстных интересах. Если вам передают взгляд на какое-то событие, попробуйте узнать позиции нескольких сторон. Может оказаться, что с разных сторон вы получите более объективный взгляд, у вас будет больше шансов понять, что же случилось на самом деле.
А если вы передаете какую-то информацию дальше, не делайте это бездумно, как магнитофончик, попробуйте осознать, какой посыл вы туда включаете, какие акценты расставляете. Если вы этого не продумаете, с ваших уст может случайно сорваться не то слово, и получится очередной офисный испорченный телефон.
Не забывайте, сплетник всегда может повторить ваши слова в своей интерпретации и обвинить: вы это сказали, не отпирайтесь! При этом, вырванные из контекста, они могут приобрести диаметрально противоположный смысл. Помните основную интригу фильма «Служебный роман», когда герой Олега Басилашвили, решив отомстить Новосельцеву за пощечину, передал главной героине, что Новосельцев вовсе не влюбился в нее, а решил приударить за ней ради повышения зарплаты. Это правда? Действительно, некоторое время назад он лично советовал Новосельцеву это сделать! Но позже контекст изменился — Новосельцев влюбился совершенно искренне и бескорыстно, однако эта сплетня едва не разрушила зарождавшиеся отношения героев.

Так что же делать? Пусть говорят?

Даже самое благое дело, сделанное для персонала, в кулуарах будет обсуждаться и может приобрести в общественном мнении негативный оттенок. Например, обеспечение персонала полисами медицинского страхования или абонементами в фитнес-клубы может истолковаться как «начальству деньги девать некуда», или «откупаются от нас, чтобы зарплату не повышать», или «себе новый джип купил, а нам — жалкий абонемент». Но акценты могут быть совершенно другими: «результаты работы в этом году были очень хорошие, поэтому появилась возможность обеспечить всех страховками», или «сначала не хотели, но профсоюзам удалось выбить фитнес для коллектива», или «в фирме решили развивать корпоративную культуру и начали с фитнеса». Начали! То есть ждите продолжения.
Слухи и сплетни — одни из основных инструментов диагностики корпоративной культуры. Социологи даже ставили такие эксперименты: запускают какую-то информацию и смотрят, во что она превратится на выходе. Там и вылезают все основные каналы передачи информации, все основные герои и интересы, все конфликты, все противоборствующие силы.
Но если наша цель — не диагностика, а изменение, то, формируя эту корпоративную культуру, не надо гнушаться народными методами. Потому что наш народ, воспитанный в духе диссидентства, не верит официальным источникам, он верит людям, а люди верят друг другу. Например, многие организации, особенно общественные, открываются вообще без всякой рекламы. Они зазывают общительных людей, ведь они все равно всем расскажут по принципу сарафанного радио. Единственное, что нужно помнить тем, кто решит что-то транслировать таким способом, — что хорошую новость человек расскажет каждому пятому, а плохую — каждому второму.

Цитата:  Тройная защита

А если сами захотите поучаствовать в информационных цепочках, помните о правиле тройного фильтра из древнегреческой притчи:
Однажды к Сократу пришел знакомый и сказал:

—Я сейчас расскажу тебе что-то, что я услышал об одном из твоих друзей.

— Подожди минутку, — ответил Сократ.

— Прежде чем ты расскажешь мне что-то, это должно пройти тройной фильтр. Прежде чем говорить о моем друге, ты должен профильтровать то, что ты собираешься рассказать. Первый фильтр — правда. Скажи, ты абсолютно уверен, что это правда?

— Нет, — ответил знакомый, — я сам услышал об этом от других.

— Значит, ты не уверен, что это правда. Теперь второй фильтр — добро. То, что ты собираешься рассказать о моем друге, содержит что-то хорошее?
— Наоборот. Это что-то очень плохое.

— Итак, ты хочешь сказать мне нечто, что может оказаться неправдой, да еще и что-то плохое. Третий же фильтр —полезность. Смогу ли я лично извлечь какую-либо пользу из сказанного тобой?

— В общем-то, нет, — ответил знакомый.

 

Источник: Психология

Редактировал: Олег Мартынов

 

 

Оставить комментарий

Вы должны войти для комментирования.